По петербургу с книгой в руках. путеводитель по северной столице на все случаи жизни андрей гусаров

У нас вы можете скачать книгу по петербургу с книгой в руках. путеводитель по северной столице на все случаи жизни андрей гусаров в fb2, txt, PDF, EPUB, doc, rtf, jar, djvu, lrf!

После событий г. Исследователи начали заниматься изучением ментальности отдельного человека и его ин-тересов. Роль и значение личности, особенно выдающихся деятелей эмиграции, стали главными темами научных и публицистических работ тех лет.

Учёных, специализирую-щихся на истории русского населения Китая, интересовали различные сферы жизни эми-грантских сообществ. Возрос интерес к хозяйственной и предпринимательской деятельности русских, а также к политическим движениям, партиям, идейным исканиям, деятельности лидеров эмигрантских кругов.

Большое внимание привлекла деятельность русских в сфере науки, литературы и искусства. История русско-китайских контактов насчитывает свыше трёхсот лет. Примерно столько же времени прошло с момента появления первых русских поселенцев на террито-рии Поднебесной. Однако систематическое изучение вопросов, связанных с присутствием русских в Китае, начинается лишь в х годах XIX в. Работы же более раннего периода содержат лишь обрывочные сведения, из них наиболее ценный комплекс исследований — труды российских миссионеров [Труды ].

В —е годы одна за другой появляются работы, посвящённые истории Русской духовной миссии в Пекине. Практически все они написаны членами миссии. Данные труды весьма однообразны как по избранной тематике, так и по используемым заголовкам. В своих исследованиях авторы вводили в научный оборот ранее неизвестные документы, освещающие деятельность миссии [Гурий ; Можаровский ; Адоратский , история; Адоратский , миссия; Миротворцев ; Михайловский ], си-стематизировали полученные сведения, пытались определить значение миссии для российско-китайских отношений.

Кроме того, велись работы по переводу святоотеческого наследия на китайский язык [Ивановский ]. Тематическим исключением является труд архимандрита Палладия Кафарова о русском поселении, существовавшем в Китае в начале XIV в.

Это одна из первых научных работ, посвящённых жизни русских людей на китайской земле. Исследо-вателю удалось обнаружить удивительные, ранее неизвестные сведения об истории дома Чингизидов в Китае. Оказалось, что в последние десятилетия власти монголов в Китае отборные части Пекинской гвардии состояли из русских и аланов.

Открытие имело большой резонанс в востоковедческих кругах. В середине х годов на китайской территории формируется незаконное посе-ление золотоискателей — Желтугинская республика. Русские учёные того времени не про-явили живого интереса к данному району ни с точки зрения его богатств, ни с точки зре-ния русского присутствия на китайской территории.

Официальные власти и учёные заин-тересовались этим вопросом лишь в г. В том же г. В конце х годов в историографии исследуемого вопроса появляется новая те-ма — тема строительства Китайско-Восточной железной дороги. Данное событие имело огромное значение для региона и для развития российско-китайских отношений. На дол-гие годы Маньчжурия связала экономически и политически две страны.

Этот период оставил учёным огромный пласт разнообразных материалов по истории, литературе, ар-хитектуре и другим отраслям знаний. Литература, издававшаяся в последнее десятилетие XIX в. В свет вышли научные работы, формировавшие комплексный взгляд на Маньчжу-рию как геополитический объект, значимый для Российской империи [Дигамма ; Ди-гамма ; Фёдоров ; Кауфман ; Меркулов ; Слюнин; Тимофеев; Чупров].

Предисловие к его работе написал известный своими ультраправыми политическими взглядами В. Внимание исследователей к теме Российской духовной миссии не угасало вплоть до Октябрьской революции г. Интерес вызывала роль миссии в истории российско-китайских отношений, влияние деятельности её членов на укрепление взаимопонимания между странами и приращение знаний о Китае.

Авторы подчеркивали ту большую пози-тивную роль, которую сыграла миссия для России, и пытались создать наиболее полную историю Русской духовной миссии в Пекине [Можаровский , ; Соколов ; Веселовский ; Материалы миссии ; Краткая история миссии ], продолжая аналогичную работу своих предшественников, усиленно трудившихся в данном направ-лении с х годов. В историографии истории русских сообществ и русской культуры в Китае, в рабо-тах российских учёных до Октябрьской революции г.

Первое — это работы о Русской духовной миссии в Пе-кине. Силами православной миссии были созданы серьёзные труды, систематизирующие и обобщающие имеющиеся сведения по истории миссии, публиковались исследования о деятельности некоторых членов миссии, внёсших большой вклад в востоковедческую науку и в укрепление российско-китайских отношений: Второе направление касалось различных вопросов, связанных со строительством и функционированием КВЖД.

В исследованиях этого направления можно выделить не-сколько групп: Крайне небольшой, но значимой в рамках рассматриваемой темы является группа работ, посвящённых Желтугинской республике. Однако из-за малочисленности выделить их в отдельное направление было бы неправомочно. Не оформившимися в отдельное направление являются также труды о торговых отношениях между Россией и Китаем. Внимание исследователей привлекали и другие темы, в частности история албазинцев, изучением которых занимался Палладий Кафаров.

После Октябрьской революции г. Тема русского присутствия в Китае, КВЖД и Православия не вызы-вала интереса в стране с нестабильной политической ситуацией.

Однако с г. Эти научные исследования, в боль-шинстве своём, крупные коллективные труды, освещали историю освоения русскими се-веро-востока Китая. В них были описаны процесс постройки железной дороги, её влияния на развитие края, политико-экономические последствия для российско-китайских отношений.

Работы особенно ценны своей комплексностью и основательностью. Выполненные в лучших традициях российской научной школы, они переосмыслили и обобщили огромный пласт различных материалов, предоставляя читателям обоснованные выводы. Начиная с х годов и вплоть до окончания Второй мировой войны, русское население Китая вызывало негативные чувства у советских граждан.

Такое отношение подогревалось беспощадной критикой в адрес идеологии и политики эмигрантских цен-тров прежде всего харбинского , высказываемой в работах В. Советская литература этого периода имела в своей основе жёсткий классовый подход и была проникнута ненавистью ко всем противникам советской власти. Общий подход к проблеме сохранялся на протяжении ряда десятилетий, вплоть до распада СССР. Такими же были работы, публикуемые в научных сборниках [Попов ].

В духе этой теории были выдержаны и работы, посвящённые Русской духовной миссии в Пекине. Согласно её принципам, миссионерам отводилась роль аген-тов капитала.

Барановский [Барановский ] и некто Г. Несмотря на такой подход к истории миссии, ценны эти статьи тем, что они включают в себя в полном объеме источники — донесения начальников миссии в Министерство иностранных дел. В е годы советские учёные вели исследования по изучению структуры китай-ского языка.

Особенное внимание уделялось вопросам транскрибирования. Некоторые учёные, в частности А. Шпринцин, занимались изучением русско-китайского диалекта русско-китайский пиджин, кяхтинский пиджин , существовавшего на рубеже XIX—XX вв.

Наиболее заметные работы в этом направлении были созданы этим учёным в е годы [Проблемы диалекта ], а за-тем, в е, после его возвращения из ссылки на Колыму.

Тематически интересным представляется небольшое, изданное в Харбине исследование о старообрядцах Маньчжу-рии [Каржевин ]. Любопытна также и работа, выпущенная к летнему юбилею оккупации Маньчжурии Японией [Великая Маньчжурия ], где рассматриваются основные исторические этапы захвата северо-восточной территории Китая японскими войсками с последующим восстановлением маньчжурской династии Цин в новообразованном государстве Маньчжоу-го.

А потому для оценки ситуации и научных разработок исследователи пользовались архивами и материалами ещё императорской России. Выводы, делавшиеся на базе таких материалов, были в подавляющем большинстве случаев устаревшими и необъективными, тем не менее, они кочевали из издания в издание. В ряде монографий внимание учёных было сосредоточено на деятельности российских контрреволюционеров и, в том числе, находившихся, на территории Китая [Гусев ; Голинков ; Иоффе ; Комин ; Барихновский ; Мухачёв ; Шкаренков ].

В них политика дореволюционной России оценивалась не иначе, как колонизаци-онная, а осевшие в Маньчжурии русские предстают как враждебные силы, сторонники капитализма и империализма. Но опубликованный материал был столь незначителен, что остался без должного внимания, и долгое время этот вопрос не обсуждался в научных кругах. Как уже отмечалось, после возвращения из ссылки А.

В —е годы круг изучаемых тем существенно расширился, хотя в целом он был ориентирован на изучение истории российско-китайских контактов [Мясников ], что объясняется обострением советско-китайских отношений в тот период. В эти же годы некоторые учёные обратились к изучению христианства в Китае. Среди них такие иссле-дователи, как В. Косвенно к данной теме относятся исследования о населении Дальнего Востока России [Рыбаковский ; Крестьянство ].

Русской духовной миссии были посвящены крупные труды, созданные В. Для этих авторов характерен интерес к научным заслугам право-славной миссии. Предпочтение при изучении отдавалось знаменитой русской триаде во-стоковедов — Н. В этом коллективном труде деятельность миссионеров в Китае рассматривается как составная часть практического востоковедения, обслуживавшего в первую очередь нужды внешней политики и торговли; приведены творческие биографии учёных-востоковедов.

Таким образом, в советский период тема русского присутствия в Китае с точки зрения исследований переживала не самые лучшие времена. Это было своего рода время политической опалы, когда изучение некоторых вопросов истории могло привести к негативному общественному резонансу. Отдельные темы изучение русского языка в Китае, христианство в Китае и др. Однако на общем фоне они выглядят скорее случайными, нежели закономерными.

Таким образом, можно утверждать, что изучение рассматриваемого вопроса в советский период регулировалось не научным интересом к тому или иному историческому факту, а политическим заказом и существующей политической ситуацией.

В этих условиях некоторые исследовательские новации начинают появляться лишь во второй половине х годов. После распада Советского Союза начинается совершенно новый период в изучении истории русского присутствия в Китае.

Исследователи, освободившиеся от идеологического гнёта, приступают к изучению самых разных тем, ещё недавно воспринимавшихся как нежелательные. В последнее десятилетие XX в. Это позволило отечественным учёным преодолеть односторонний и предвзятый подход к проблеме, показать роль российской эмиграции в общественно-политической и культурной жизни Китая, осветить неизвестные аспекты эмигрантской жизни.

Одной из работ новой эпохи стал доклад на научно-технической конференции, посвящённой Транссибу [Троицкая ].

В докладе рассказывалось об уникальных инженерных и архитектурных особенностях КВЖД, предложенных русскими строителями и являющихся беспрецедентными в истории железнодорожного строительства той поры.

Начиная с х годов, круг тем, изучаемых учёными, уже весьма велик, а количе-ство работ, публикуемых в России, растёт год от года. Главные исследовательские направления последних двух десятилетий — это, во-первых, темы, связанные с внешней политикой и дипломатическими отношениями, экономической и политической ситуацией в России и КНР; во-вторых, торговая политика двух стран, вопросы границы, первые контакты между русскими и китайцами, политика РФ на Дальнем Востоке и др.

Многие из работ этого периода создавались на базе ранее не использованных ресурсов, в свет начали выходить материалы мемуарного и автобиографического характера.

Мелихов [Мелихов , , , ], Е. Таскина [Таскина , ] и др. Некоторые учёные придерживаются мнения, что в Харбине произошел уникальный сплав русской и китайской культур, способствовавший взаимообогащению и взаимовлиянию двух великих культур. Мнения других вторят высказыванию американского исследователя М. Даже попав в чужое окружение, они хотели жить, работать и творить так, словно В этом духе выдержаны работы И. Сабенниковой [Сабенникова ], Н. Дубинина [Дубинина ] пишет о культур-ном взаимодействии русских эмигрантов и китайского населения.

Полярно противопо-ложную позицию в этом вопросе занимает М. Интересны в этом плане высказывания Е. С оговоркой на вмешательство внешнего фактора она пишет об образовании во второй половине х годов устойчивой национальной общи-ны в Маньчжурии.

При этом автор подчеркивает, что следует принять во внимание веро-ятность ассимиляции некоторой части представителей второго поколения эмигрантов, имея в виду детей от смешанных браков.

Два других исследователя — В. Печерица [Печерица ], А. Хисамутдинов [Хисамутдинов , , , ], изучая российскую эмиграцию в Китае, исполь-зуют богатый фактический материал, собранный в библиотеках и архивах США, Канады и стран Азиатско-Тихоокеанского региона.

В последние годы в отечественной историографии появилось значительное количество специальных изданий и статей, отражающих различные аспекты истории российской эмиграции в Китае. В них рассматриваются вопросы образования и науки в Маньчжурии Г. Гридина [Белоглазов , ; Василенко ; Гридина ], духовная и культурная жизнь россиян в Китае Л.

Старосельская [Старосельская ], благотворительная деятельность русских женщин С. Не остались без внимания и вопросы российского влияния на архитектуру городов Маньчжурии Л. Левошко [Баклыкская ; Левошко ], жизнь первых русских поселенцев и эмигрантов О.

Шулдяков [Гончаренко ; Шулдяков ]. Публикуются также мемуары, дневниковые записи и письма тех, чья жизнь в разную пору была связана с Китаем: Вопросы пограничного комиссарства рассматривает A. Основная цель всех работ — показать, как в условиях отчуждения от Родины росси-яне смогли сохранить и сберечь национальные бытовые и культурные ценности. К сожа-лению, все работы грешат тем, что жизнь и деятельность, творческий потенциал россиян на чужбине рассмотрены в отрыве от коренного населения — китайцев.

За рамками этих работ остались такие вопросы, как отношение китайцев к присутствию россиян в Мань-чжурии, причины неприятия или равнодушия к русской культуре со стороны китайских обывателей, агрессия и т.

Сухачёвой по изучению хунхузов участников шайки бандитов и гра-бителей в Маньчжурии и Северном Китае показывают непростые взаимоотношения между русской Охранной стражей и местным населением [Сухачёва , ]. Охранная стража оберегала КВЖД и население прилегающих территорий честно и по совести. За это местные жители-китайцы были признательны русским, так как и сами страдали от разбойников [Сухачёва В то же время В. Подобные оценки российского присутствия в Маньчжурии появились в публикациях лишь в последнее десятилетие.

Посвящая свои работы теме КВЖД, авторы рассказывают о технических новшествах, предложенных русскими проектировщиками и конструкторами, а также об истории создания КВЖД и заселения русскими Маньчжурии. Русско-китайского банка [Петров ; Курто ]. По-прежнему привлекает внимание исследователей история Русской духовной миссии в Пекине. Целый ряд научных исследований посвящена вопросу распространения христианства, в частности Православия, на Дальнем Востоке и в Азии [Поздняев Правосл.

Наиболее известные специалисты по этой теме — А. Многие научные конференции избрали своей темой распространение Православия на Дальнем Востоке. Новгородская попыталась осмыслить задачи, ко-торые ставились государством перед миссией, а также роль миссии в российско-китайском диалоге, она выявила существующие проблемы и определила возможные на тот момент способы их решения.

Особую роль в изучении положения Православия в Китае играет протоиерей, настоятель прихода святых первоверховных апостолов Петра и Павла в Гонконге Диони-сий Поздняев.

Из года в год он публикует новые материалы по самым разным вопросам, связанным с деятельностью Православной церкви в Китае. Многие из них уникальны и не использовались ранее в иных публикациях. Ежедневная миссионерская работа, общение с прихожанами Гонконга и верующими, разбросанными по всему Китаю, снабжает исследователя ценным материалом, часть которого он использует при написании своих работ.

Поздняев привлекает внимание к темам, забытым в советские атеистические годы; например, к истории строительства православных храмов, к вопросу о святых китайских мучениках. В последнее десятилетие труды протоиерея стали публиковаться регулярно. Они охватывают широкий круг тем, среди которых — церковная жизнь православных общин Маньчжурии, Синьцзяна, Пекина, Шанхая и других городов Китая.

При его непосредственном участии была налажена максимально возможная в КНР церковная жизнь четырех храмов, что также нашло отражение в его публикациях [Поздняев Правосл. Китае , Церковь на крови , Церковная жизнь , Прав. В целом, исследователей привлекает не только история Русской духовной миссии, но и религиозные будни простых русских жителей Китая: В последнее десятилетии ХХ в. Интерес стали вызывать причины, толкавшие людей на столь рискованный труд, их жизненный уклад, формировавшийся в местах золо-тодобычи, нравы, царившие на приисках, социальная принадлежность старателей, формы адаптации к нестандартным условиям.

Эта тема, связанная с незаконными русскими поселениями на китайской территории в районе реки Желтуги, стоит особняком в историографии русского присутствия в Китае. Начиная с момента возникновения первых школ и кончая ныне существующими в Китае кафедрами по изучению русского языка, тема русского языка остаётся малоизучен-ной [Василенко ; Гридина ].

Крупным исследователем, занимающимся изучени-ем вопросов языковой адаптации русскоязычного населения в иноязычной среде, явля-ется Е. Оглезнева [Оглезнева , , , Мятов ]. В центре внимания её исследовательской деятельности находится русский язык в Маньчжурии. Язык представ-ляет для неё инструмент, с помощью которого удаётся воссоздать образ города и его жителей. Активно работая в поле, исследовательница создаёт речевые портреты эмигрантов, изучает частную переписку и харбинскую периодику.

Важное значение для изучаемой проблемы играют также работы о кяхтинском пиджине [Мусорин ; Перехвальская , ]. Независимое направление образуют публикации Ю. Аргудяевой [Аргудяева , , , , ]. Она относится к числу немногих авторов, затронувших в настоящее время тему старообрядчества в Маньчжурии.

Её многолетние полевые иссле-дования позволили воссоздать уже забытые реалии из жизни русских старообрядцев, переселившихся в начале ХХ в. Автора интересует не только православное восточнославянское население Маньчжурии, но и межэтнические контакты восточных славян, народов Восточной Азии и коренного населения в районе Дальнего Востока. Аргудяевой, посвящённые, главным образом, культуре, быту и религиозной специфике крестьян-старообрядцев, проживавших в регионе, выходят в свет с х годов вплоть до настоящего времени.

В результате, несколько учёных провели в этом реги-оне самостоятельные полевые работы и собрали ценный этнографический и лингвостра-новедческий материал. Итогом экспедиций стали статьи, посвящённые представителям русского национального меньшинства Китая. Среди немногочисленных исследователей данного историко-культурного явления В. К истории Трёхречья ; ; Бытование фольклора ; Русский фольклор ; Старообрядцы ; Адм.

Курова [Курова ], О. Серкова [Серкова ], А. Ян-ков [Тарасов, Янков ] и др. Истории репатриации российских и советских эмигрантов в Китае и их последую-щей жизни в СССР [Аблажей , , , , ; Реэмиграция ], роли рус-ских в истории Синьцзяна и другим страницам русской истории Китая [Обухов ] по-священы работы Н.

Крупным исследователем и одним из ав-торитетных деятелей современного русского сообщества в Шанхае является Л. Черни-кова, которая уже на протяжении многих лет активно занимается изучением истории и современного положения русских в Китае. В её многочисленных работах сочетается каче-ственный научный анализ ранее неизвестных документов и личный опыт общения с представителями современных русских сообществ Пекина, Шанхая, Харбина и других городов [Черникова.

Смежной к исследуемой является тема восприятия в России образа Китая. Она включает в себя экономические, политические, культурные и научные контакты, сформи-ровавшиеся стереотипы и предрассудки, официальную пропаганду и пр. Можно с уверен-ностью сказать, что главную роль в формировании того или иного отношения к Китаю играют ведущие российские синологи и СМИ.

Известными российскими китаеведами, определяющими отношение к Китаю в нашей стране, являются А. Галенович [Галенович , ], А.

Большим тиражом издаются книги, посвящённые истории взаимоотношений России и Китая [Попов ]. Таким образом, за последние два десятилетия было издано большое количество книг о русском присутствии в Китае, а также о различных аспектах развития Китая и дву-сторонних отношений. Постсоветский исследовательский период отличается свободой в выборе тем и широтой привлекаемых для работы материалов. И потому число публикаций с каждым годом растёт в геометрической прогрессии. Китайскую историографию вопроса можно условно разделить на три этапа.

К первому периоду относятся работы, созданные до конца XIX в. В итоге за многие годы в библиотеках Китая накопилось большое число этнографических творений: Созданные путешественниками и интеллектуалами произведения давали прогрессивной китайской интеллигенции знания о географическом положении России и других европейских стран, особенностях их климата, внешнем виде жителей в основном среднего сословия , роде занятий населения, характерных чертах характера и т.

Подобные сведения воссоздавали образ европейца, формировавшийся в сознании китайца, а также отношение к нему автора. На протяжении долгого времени в Китае не было каких-либо специальных исследовательских работ, посвящённых вопросам взаимодействия народов. Второй период приходится на 50—80 годы XX в. Китайские иссле-дователи с лёгкостью манипулировали обвинительными формулировками в адрес нашей страны, создавая России образ хитрого и коварного противника, вторгшегося на террито-рию Дальнего Востока и нацеленного на захват Северной и Южной Маньчжурии.

Напри-мер, идеей освободительной борьбы китайского народа против иностранных интервентов пронизаны труды Юй Юаньаня [Юй Юаньань ]. Столь односторонний подход в освещении вопроса стал результатом ухудшения взаимоотноше-ний между нашими странами, а также следствием негативного опыта Китая, полученного от контактов с иностранцами в ходе опиумных войн, боксёрского восстания и т.

Научные разработки начали осуществляться в Академии общественных наук КНР, а также в стенах различных исследовательских центров. Всё чаще стали слышны призывы к осторожному освещению противоречивых вопросов. В числе первых, заговоривших об этом, был китайский исследователь Ли Цзинцзе г.

В ней последовательно освещалась история взаимодействия китайцев с европейцами вообще и с русскими в частности. В работе упоминаются и направленные в Китай Иваном Грозным казаки, и первые русские послы Ф.

Безусловной заслугой автора является стремление показать развитие культуры Китая в процессе её взаимодействия с другими культурами и, например с российской. В большинстве из них авторы по-прежнему придерживаются позиции агрессивного характера российской политики, однако уже не отрицается и позитивная роль КВЖД в развитии региона и заселении его как самими китайцами, так и мигрантами [Ли Синшэн ; Синь Пэйлинь, Чжан Фэнмин, Гао Сяоянь ].

Совместный труд и проживание на одной территории представителей различных народов способствовало межкультурной коммуникации, знакомству с привычками и образом жизни друг друга [Го Юньшэнь ; Цзи Фэнхуй ]. В конце х годов XX в. Вопросы иностранного влияния рассматриваются в нём с несколько новых позиций, помимо нега-тивных моментов подчеркивается и благотворное влияние стран Европы и России на дальнейшее развитие Китая.

Итогом многолетних контактов Китая и Запада явилось зна-комство представителей двух разных культур с духовными и материальными достижени-ями друг друга. В целом, исследования данного периода не лишены политического кон-текста, но помимо прочего китайские учёные стали обращать внимание на вопросы взаи-мовлияния и культурного обмена между народами.

В начале нынешнего столетия китайские исследователи всё больше внимания уделяют вопросам этнокультурного взаимодействия. Авторы, подчеркивая агрессивный характер западных держав включая и Россию , не отрицают определённого позитивного влияния Запада на культуру этих городов. Тем не менее, китайские учёные надеются на то, что их соотечественники сделают нужные выводы из своего колониального прошлого и не по-вторят своих ошибок впредь.

По мнению авторов работы роль носителей первичной ин-формации о китайцах для европейцев и наоборот выполняли миссионеры. Исторический и культурный опыт взаимодействия русских и китайцев изучается в це-лом ряде институтов КНР, среди которых Институт этнологии и социологии Центрально-го университета национальностей г.

Российские исследователи делают упор на изучение истории русского присутствия в Китае в основном до х годов. Их интересует культурное наследие албазинцев, квждинцев, белоэмигрантов, советских специалистов.

Вместе с тем, практика сосуществования на китайской территории местного населения и русских мигрантов обычно остаётся без должного внимания. Китайские же исследователи чаще всего видят в этом историческом опыте исключительно агрессию русских, не замечая мощного культурного и экономического толчка, который дало стране русское присутствие в разные исторические периоды.

Таким образом, по нашему глубокому убеждению, расширение исследовательского поля двух стран способно оказать неоценимую услугу в деле улучшения качества российско-китайских контактов. История русского присутствия в Китае нашла отражение в работах учёных из дру-гих стран: Кореи, Японии, США и др. Например, японские учёные неизменно уделяют большое внимание истории Маньчжоу-го — гг. Взаимодействие русских и ки-тайцев они рассматривают с точки зрения влияния этого взаимодействия на жизнь самих японцев, переехавших в Маньчжурию.

К числу учёных, разрабатывающих вопросы дан-ной тематики, относятся, например, Акира Косидзава [Акира Косидзава], Марико Асано Таманои [Марико ] и др. В из-данной в г. Для нас эта работа интересна анализом взаимоотношений китайцев и японцев — народов, с которыми у россиян исторически сложились особые отношения. Безусловно, в ряде случаев оценки, сделанные исследователями, отличаются чрезмерной субъективно-стью.

Однако несомненной ценностью книги является положенный в её основу личный опыт исследователей. Большой интерес для нас представляет работа американского учёного Д.

По мнению исследова-теля, российское меньшинство занимало более активную жизненную позицию в Мань-чжурии, нежели китайское большинство. Русские играли важную роль в экономической и политической жизни края, выбирали стратегию его развития [Даллин Даллин изучил вопросы освоения российского Дальнего Востока, трудности, связанные с этим, сферы пересечения интересов россиян и китайцев.

Он описывает жизнь русских поселенцев на Дальнем Востоке, трудности, с которыми им приходилось сталкиваться, психологические проблемы и т.

Всё это автор имел возможность наблюдать воочию, в ходе своих путешествий. Впрочем, весьма часто его описания напоминают по со-держанию тексты Н. Пржевальского, хотя прямые ссылки на работы русского учёного у исследователя отсутствуют. Даллина русскую диаспору в Китае изучают многие американские и австралийские учёные. Во многом этому способствует то обстоятельство, что после Октябрьской революции были вывезены в США, Австралию, Францию и другие страны ценные русские архивы.

И хотя рассматриваемая в ней тема не относится напрямую к исследуемому вопросу, книга представляет для нас определённый интерес.

Данная монография целиком построена на материалах научной деятельности русских и советских учёных. В ней затронуты вопросы контактов между народами, проживающими на русском Дальнем Востоке, дан обзор исторического развития региона, уделено внима-ние положению китайской диаспоры в России.

В ней автор пытается понять традиции России в восприятии Азии, очертить образы, формирующиеся в сознании россиян в ходе общения с представителями восточных стран. Смольевского также присутствуют собаки. Ныне Петербургский государственный университет инженеров путей сообщения. У меня не хватило терпения прочесть рукопись романа.

Сохранившееся письмо отца А. Смольевского написано аккуратным почерком с подчеркиванием отдельных мест МА. Парша — заболевание кожи, преимущественно волосистой части головы, пораженной особым родом грибков.

Такое положение замужней дочери, очевидно, привело к вмешательству Ю. Одно из объяснений между ней и зятем нашло отражение в воспоминаниях А. В одной из бесед с сыном А. Смольевский назвал четыре года, проведенные им в семинарии, кошмарными.

О преодолении трудностей А. О дальнейшей судьбе АФ. Смольевского мы также узнаем из записей его сына. Во время Ленинградской блокады квартира А. Похоронен, по его желанию, на Шуваловском кладбище, недалеко от могилы его друга последних лет — архитектора Б.

Зван Могилевского у[езда] Подольской губ[ернии] Зап[адная] Украина. Троицкое — по названию церкви? Однако из воспоминаний А. Во время последней встречи с сыном, лежа в больничной палате, он сказал о своих родителях: Западно-украинское происхождение мужа, видимо, послужило поводом для О. Ваксель называть его иноверцем. Во всяком случае, такое обращение нередко в ее стихах, начиная с самых ранних, которые могли быть адресованы только ему.

Скорее всего, добиться многого А. Смольевскому удалось разве что в глазах жены. Бабушка рассказывала, что в двадцатых годах Арсений Федорович судился с профессором Передерием по поводу авторства какого-то учебника. Ольга Александровна в своих воспоминаниях писала о том, что по натуре Арсений Федорович был гуманитарием, а математикой занимался скорее из упрямства.

Уточняя характер подарков отца, А. Ученый в области воздухоплавания, авиации и космонавтики, начертательной геометрии. При его участии в институте была создана одна из первых в России аэродинамическая лаборатория , организован факультет воздушного сообщения , где он читал курс воздухоплавания. Автор учебников по начертательной геометрии. Собрал и передал в Ленинградский аэроклуб-музей Аэромузей уникальные материалы по истории спортивной и гражданской авиации.

Его именем назван кратер на обратной стороне Луны. Речь, скорее всего, о стихах Николая Семеновича Тихонова — Другой Тихонов, Александр Николаевич псевдоним А. В начале х годов — теоретик и практик свободного танца, руководила студией. Директором курсов вплоть до их закрытия был С.

Затем школой, составившей впоследствии основу Института ритма, руководила Н. После преобразования школы в государственное хореографическое училище ритмика оставалась обязательным предметом. В программу обучения института входили сольфеджио, история музыки, педагогика, психология, художественное слово и пластика. Играла в салонных драмах и мелодрамах, создала обаятельные лирические образы печальных красавиц — непонятых или обманутых женщин. Заслуженный артист республики Работал в Москве в Малом театре, в Ленинградском Большом драматическом театре — Смольевский передает такой рассказ Б.

Другое важное свидетельство об О. Ваксель было записано Н. Она была в модном платье — тогда были в моде длинные воротнички.

Я заметила вскользь, что такие воротнички через год, наверное, выйдут из моды. Помню большие буханки черного хлеба, которые бабушка резала на кубики, сушила на жестяных листах, и которые потом ели не только собаки, но и мы. Собаки получали медали на выставках, грамоты. Мориц Тауриц, сын Бодо фон Эренбурга. Гуро Гуро де Мерикур Александра Генриховна — очевиидно, дочь Генриха Степановича Гуро — генерал-лейтенанта Петербургского военного округа, а также окружного госпиталя примеч.

Львовой, зарабатывала она уроками английского и французского языков. Не исключено, что А. Смольевский ошибался, называя Г. Гуро отцом Александры Генриховны. Его дочери — Екатерина в браке Низен и Елена Генриховны, поэтесса, художница, жена композитора и художника М. Ходила она постоянно в одном и том же шерстяном вязаном платье, носила браслет из дутого золота. Смольевский вспоминал об этом эпизоде: Лютик ушла из его дома, буквально, в чем была, на Тверскую.

Арсений Федорович срочно примчался за ней, просил прощения и уговорил вернуться. Очевидное внешнее сходство между отцом и сыном заметно при сравнении их фотографий. По-видимому, Смольевский-старший долгие годы не стремился к диалогу, но вел своеобразную полемику с младшим, о чем тот писал: В последние годы его жизни ему немного помогали соседи, например, с покупками. Стряпал и стирал он, как будто, сам. Смольевский — сын О. Занимался изучением диалектов ретороманского языка Швейцарии, Северной Ирландии и др.

Автор статей по библиотековедению и библиографии. Занимался сочинением музыки в творческом семинаре при Доме композиторов; изучал музыкальный фольклор разных народов мира; создал цикл фортепьянных пьес на тему произведений живописи В.

Передал в разные годы в дар различным музеям и библиотекам многочисленные семейные реликвии: Надеждинской Маяковского , 5. Снегирёва, так называемая Снегирёвка. Боткина для лечения инфекционных больных ул. Об истории болезни матери А. Лютик в бреду кричала: Врачи считали, что острый менингит, в отличие от обычного, проходит и не должен оставить последствий. Бабушка вспоминала с признательностью доктора Ивашенцева, который к Лютику был внимателен. Обнорский Алексей Николаевич — сын Н.

Увлечение теософией послужило причиной вынужденного досрочного выхода на пенсию. В связи с выбором своего имени А. Смольевский отнюдь не атлетического телосложения, заметил шутя: Воображаю, как имя Воин шло бы к моей комплекции и мне вообще! Ваксель, вспоминая чтение катехизиса в детстве, упомянула о своем атеизме.

Видимо, поэтому она была возмущена совершенным обрядом крещения младенца; хотя, как следует из текста, в доме не забывали основные религиозные праздники — Рождество и Пасху, именины. Ваксель подтверждает ее безверие.

Смольевский приводил подробности выяснения отношений между родителями: Потом, наконец, отдал, но вскоре спохватился и начал попытки отобрать назад. Здесь он встретил упорное сопротивление как Лютика, так, конечно, и Юлии Федоровны. Он засыпал их письмами, одолевал телефонными звонками, подкарауливал Лютика в парадной по вечерам, так что ей приходилось возвращаться домой с каким-нибудь провожатым.

Я помню, как мы с мамой возвращались однажды вечером от Каратыгиных, и с нами был Олег Вячеславович сын музыкального критика. Арсении Федорович, поджидавший возвращение Лютика, набросился на Олега с кулаками. Пока они орали друг на друга, мама быстро втащила меня к нам на пятый этаж. Многие жильцы в доме — это нам было точно известно — шпионили за Лютиком. Возможно, Григорий Маркович Райцин — пианист, проживавший на пр. Петроградской стороны , В х годах работали разные театры, в том числе Ленинградский театр сатиры Н.

Театр-студия, Малый передвижной, Колхозно-совхозный, им. Позднее ипподром был переоборудован под летное поле. В воспоминаниях о Г. Там у него живали Каратыгины, Верховские, приезжала бабушка Юлия Федоровна. На ипподром несколько раз таскали и меня смотреть на бега, скачки с барьерами и спортивные парады.

Валерия Мессалина Valeria Messalina, ок. Известна своим изощренным распутством, алчностью и коварством ее имя стало нарицательным для характеристики знатных женщин безнравственного поведения. Занятия актерским мастерством, ориентированные на поиски яркой пластической выразительности, сочетались с постановками спектаклей. Занятия проходили в зале с огромным камином, в котором можно было зажарить целиком на вертеле кабана или оленя. Режиссеры использовали эту программу в мастерской ФЭКСа и в ранних кинокартинах.

Изучались акробатика, фехтование, гимнастика, верховая eздa, литература, современное кино лидировал американский кинематограф. Козинцев вел занятия по киножесту, Трауберг читал теорию кино, акробатике обучали цирковые акробаты — испанец Антонио Цереп и француз Арманд. Танцами с молодежью занимался с А. Герасимов вспоминал, что во время занятиями боксом с Э.

Лусталло ринг орошался не искусственной, а настоящей кровью. Техника джиу-джитсу сочетает броски, заломы, удушения, удары, воздействие на болевые точки; направлена на самозащиту. Характер занятий и общую атмосферу мастерской передают воспоминания П. Речь идет об О. Поэт владел немецким, французским и английским языками, занимался литературными переводами. Эта работа выручала его в период, когда собственное творчество было под запретом.

Смольевский так говорит об отношениях своей матери и Мандельштама: Смольевский находил и в высказываниях брата поэта: Получила гимназическое образование в Киеве. Занималась живописью у А. В начале х годов сдала экстерном экзамены в университете, позже защитила диссертацию.

В период кризиса семейных отношений Надежда Яковлевна была готова, по ее признанию, уйти от мужа. Ее намерение заняться живописью вызвало такую реакцию поэта: Смольевский так говорил о ее более позднем отношении к опытам рисования: У нее была однокомнатная квартира в первом этаже;… в комнате были развешаны какие-то довольно заумные акварельные рисунки, что-то вроде Фалька, Шагала, Кандинского, Филонова, Натальи Гончаровой.

Это замечание не позволяет понять, чьи произведения А. Смольевский видел в ее квартире. Ей принадлежали, в частности, полотна В. Мандельштамы жили на ул. Большая Морская, в д.

Описание одной из двух комнат, которые Мандельштамы снимали в квартире Марадудиных, сохранилось в архиве П. Работала в различных театрах, на ленинградской и московской эстраде до начала х годов.

Впоследствии он так передавал свое впечатление о вдове поэта: Мандельштам сохранили воспоминания ее подруги: Об этой особенности натуры жены поэта поведал и А. Смольевский, сославшись на осведомленность ее близкой подруги Е. Эту тему неоднократно обсуждал А. Лившиц, подругой юности Н. Вдруг Осип поднялся и сказал, что ему нужно позвонить в редакцию газеты. Он отправился в швейцарскую и оттуда позвонил, потом снова зашел к Лившицам и объявил, что его ждут в редакции.

Надя потом уверяла, что, проходя мимо нее, он с сожалением прошептал: Когда он снова появился через несколько часов, Наде стало ясно, что он ходил не в редакцию, а на свидание с Лютиком. Человеческое восприятие, и женское в частности, творческой личности подчас неоднозначно в силу разделения душевного и материального плотского. Лукницкий передавал следующую реакцию А.

Ахматовой на ухаживание О. Один из случаев, нелестно рисующих поэта, воспроизведен А. Смольевским со слов литературоведа В. Мануйлов, много лет занимавшийся творчеством Волошина, в конце х рассказывал мне… о Мандельштаме, с которым он встречался в Коктебеле еще при жизни Макса… следующий эпизод.

На пляже у одной из молодых обитательниц Максовой дачи Осип Эмильевич заметил колечко с изумрудом, подсел к ней, попросил показать колечко ему: Не ясно, о каком институте идет речь — Институте живого слова или Екатерининском.

Если о последнем, то, возможно, говорится о сестрах-близнецах Шенк, подругах-одноклассницах О. О душевном состоянии О. Ваксель той поры Н. Мандельштам написал два стихотворения, посвященных О. Московской, 1, где чета Мандельштамов отдыхала в соседстве с А. Мандельштам по просьбе Павла Николаевича повторно читал ему два стихотворения, посвященные О. Прежде Лукницкий слышал их в Ленинграде на Морской улице.

Оба чтения происходили в отсутствие Надежды Яковлевны. Узнав, что стихи написаны недавно, Лукницкий поинтересовался, пишет ли поэт сейчас. Полякова высказала предположение, что с образом и воспоминаниями об О. Два других стихотворения написаны после смерти О.

Только в году через кого-то дошла до него в Воронеже весть о ее смерти. Стихотворение Осипа, посвященное памяти Лютика одно из лучших лирических произведений брата. Ахматова, говоря о поэзии О. Мандельштама, выделяла стихи х годов и любила скандировать: Можно предположить, что известие о смерти О. Ваксель поэт услышал от филолога С. Рудакова — , находившегося тогда же в воронежской ссылке и постоянно общавшегося с четой Мандельштамов.

Бернштейн — записал на пластинку для архива звукозаписи института стихи в исполнении авторов А. Ныне пластинка хранится в Государственном литературном музее Москвы. Три из записанных стихотворений О. Издание Государственного литературного музея. Дом на Таврической улице в х годах ул.

Лукницкий вспоминал, что О. Мандельштам часто ездил к А. Слово и судьба… С. Среди мормонов было распространено многоженство. Между двумя эркерами львовской квартиры было восемь окон, два из которых с балконом, левое — окно комнаты О.

Обнорского, затем эркер комнаты Г. Направо от окна комнаты О. Ваксель еще четыре окна и эркер, соседствующий с башней из поясн. С южной стороны во двор выходили окна мансарды Ю. Помню еще колокольный звон у церкви на Тверской и отдаленные удары колокола в Смольном соборе, кресты которого тоже видны с балкона.

Прогулки в сторону Охтинского моста у меня вызывали желание поселиться в одной из башен этого моста, откуда открывались бы широкие просторы и где было бы весь день много-много солнца. Насколько обострились отношения в этом треугольнике, говорят строки из письма Надежды Яковлевны драматургу Гладкову: Не думаю, чтобы она любила О.

После разрыва с О. Мандельштам испытал как вероятное следствие пережитого первый сердечный припадок. Лившицами — в Китайской деревне, затем почти год арендовал для семьи квартиру в Лицее. Об этом визите О. Встревоженная обнаружением мемуаров О. Ваксель, вдова поэта сообщала А. Ваксель нет упоминаний о возобновлении встреч с поэтом. Так же считал и Е. Среди студийцев этого времени почти забыты имена Д.

Из приведенного неполного списка можно выделить Забокрицкого Льва, Соломона или Шлёмы? Портрет этого красивого молодого человека, написанный В. Баруздиной скорее всего, по фотографии в первой половине х годов, был подарен А. Среди прочих мужских портретов Баруздиной для О. Ваксель был исполнен также по фотоснимку лишь набросок головы Вистендаля. Существует устная легенда о принадлежности Забокрицкого к спортивному миру, что не противоречит тому, что он мог проводить физкультурный парад, как сказано ниже в воспоминаниях О.

Упоминание находим у П. Соболевского, описавшего занятия в мастерской ФЭКСа. Все как один в черных фэксодеждах, или, попросту говоря, комбинезонах с бретелями через плечи и нагрудными карманами в белых рубашках, стояли мы… с математической точностью, вдоль постеленного перед нами толстого малинового ковра. Замыкала строй крошечная Янина Жеймо. Где-то посередине были мы — и Герасимов, и я, и Костричкин, которым, по причине его невысокого роста, заканчивалась мужская половина.

Отшлифованные и доведенные до невероятной точности совпадения, наши движения сразу пленили зал. Новости культуры обзоры выставок, театральные и киноанонсы помещались на предпоследней, реже на последней странице.

Среди рецензентов несколько авторов: Верховский, Аксаров, Аз и А. В основном отзывы носили критический характер. Неопределенность трюков идет вразрез с чистотой движений актеров. Хороша работа кинооператора, четкая фотография, ночные съемки. Или такая Рецензия О. В этнографическом отношении картина ничего не дает. Хотя дело должно происходить в Сахаре — натурные съемки отсутствуют.

Герои посредственны, эпизодические персонажи — из рук вон плохи. Неудачный подбор типов усугубляет отрицательные качества фильма. В целом, эта картина со всех точек зрения представляет собой сплошную макулатуру. Форш и повести П. В этой киноленте О. Первые фильмы — экранизация популярных романов, классических произведений. Отказавшись от услуг театральных актеров, пригласил для работы начинающую молодежь.

Козинцев и Трауберг противопоставляли свой эксцентрический метод методу стариков. Трауберга, в котором снималась Я. Жеймо и дебютировал в качестве киноактера С. Эксцентрическая комедия о необыкновенных приключениях мальчика-газетчика Мишки, попавшего в штаб генерала Юденича. Борис Михайлович Энкин род. Ваксель, проживал с родителями на пр.

О дальнейшей судьбе Б. Энкина, оставшейся за рамками воспоминаний О. Они оставили свою квартиру на Невском [проспекте] уг[ол] Канала Грибоедова, как раз над парфюмерным магазином [Невский пр. От Бориса Михайловича, которого я разыскал, кажется, в году, мне удалось узнать несколько мелких деталей, касающихся характера О[льги] А[лександровны] и ее окружения.

Речь идет об акварелях МЛ. Волошина, долгие годы находившихся в квартире Ю. Мария Степановна Волошина… С. Ваксель сообщала о посылке ему нескольких картин художника, упомянув о его недавней смерти МА. Три из этих акварелей опубликованы. Смольевский писал об этом лете: Вспоминаю, как меня уложили спать на два составленных вместе мягких кресла, обтянутых темно-зеленым бархатом и с бахромой; ночью кресла разъехались, и я оказываюсь ревущим на полу.

Эти кресла, на которых я спал, служили потом бабушке и маминым адвокатам доказательством того, что в доме отца для моего воспитания нет подходящих условий: Подразумевается персонаж повести Б. Лавренев Борис Андреевич наст. Почему мне вдруг пришла в голову идея выкрасить чудесный рояль палисандрового дерева в зеленое, не знаю; наверное, мне просто хотелось подчеркнуть свою самостоятельность.

Я тогда же передал бабушке этот разговор с отцом, она очень смеялась и сказала, что красить рояль в зеленый цвет, конечно, не стоит. Я смутно чувствовал, что мне будет больно расстаться насовсем с духом творчества, который был вокруг бабушки, да и вокруг мамы тоже. Я мог наблюдать, как бабушка пишет ноты, как она репетирует с исполнителями, забираться под рояль, когда она играет, и мечтать. Я чувствовал, что мне будет грустно и пусто без многих ее вещей, которые мне так нравились: Я чувствовал, что мне будет больно уехать от Таврического дворца и сада, от этого простора, от прудов, решеток, аллей, его ажурных мостиков, от Смольного, который так красиво виден вдали; мне нравилась и наша светлая парадная лестница со скульптурами, и башня на углу дома — знаменитая башня Вячеслава Иванова.

С папой хорошо, когда он ведет меня гулять в Таврический сад или на Острова, но лучше пускай он живет у себя и приходит в гости. Когда Арсений Федорович приходил к нам, меня заранее причесывали, умывали, переодевали; не дай Бог, он увидит, что у меня на чулочках грязь оттого, что я ползал по полу на четвереньках. Наконец увидел его стоявшего в стороне.

Нос спрятал совершенно лицо свое в большой стоячий воротник и с выражением величайшей набожности молился. Чорт его знает, как это сделать! Он начал около него покашливать; но нос ни на минуту не оставлял набожного своего положения и отвешивал поклоны.

И вдруг я вас нахожу и где же? Мне ходить без носа, согласитесь, это неприлично. Какой-нибудь торговке, которая продает на Воскресенском мосту очищенные апельсины, можно сидеть без носа; но, имея в виду получить губернаторское место ….

Я сам по себе. Притом между нами не может быть никаких тесных отношений. Судя по пуговицам вашего виц-мундира, вы должны служить в сенате или, по крайней мере, по юстиции. Я же по ученой части. В это время послышался приятный шум дамского платья: За ними остановился и открыл табакерку высокий гайдук с большими бакенбардами и целой дюжиной воротников. Ковалев выступил поближе, высунул батистовый воротничек манишки, поправил висевшие на золотой цепочке свои печатки и, улыбаясь по сторонам, обратил внимание на легонькую даму, которая, как весенний цветочек, слегка наклонялась и подносила ко лбу свою беленькую ручку с полупрозрачными пальцами.

Улыбка на лице Ковалева раздвинулась еще далее, когда он увидел из-под шляпки ее кругленький, яркой белизны подбородок и часть щеки, осененной цветом первой весенней розы. Но вдруг он отскочил, как будто бы обжёгшись. Он вспомнил, что у него вместо носа совершенно нет ничего, и слезы выдавились из глаз его.

Он оборотился с тем, чтобы напрямик сказать господину в мундире, что он только прикинулся статским советником, что он плут и подлец и что он больше ничего, как только его собственный нос… Но носа уже не было: Это повергло Ковалева в отчаяние. Он пошел назад и остановился с минуту под колоннадою, тщательно смотря во все стороны, не попадется ли где нос.

Он очень хорошо помнил, что шляпа на нем была с плюмажем и мундир с золотым шитьем; но шинель не заметил, ни цвета его кареты, ни лошадей, ни даже того, был ли у него сзади какой-нибудь лакей и в какой ливрее. Притом карет неслось такое множество взад и вперед и с такою быстротою, что трудно было даже приметить; но если бы и приметил он какую-нибудь из них, то не имел бы никаких средств остановить. День был прекрасный и солнечный. На Невском народу была тьма; дам целый цветочный водопад сыпался по всему тротуару, начиная от Полицейского до Аничкина моста.

Вон и знакомый ему надворный советник идет, которого он называл подполковником, особливо, ежели то случалось при посторонних. Вон и Ярыжкин, столоначальник в сенате, большой приятель, который вечно в бостоне обремизивался, когда играл восемь. Вон и другой маиор, получивший на Кавказе асессорство, махает рукой, чтобы шел к нему….

Минуточкой бы пришли раньше, то, может, застали бы дома. Ковалев, не отнимая платка от лица, сел на извозчика и закричал отчаянным голосом: Этот вопрос остановил Ковалева и заставил его опять подумать. В его положении следовало ему прежде всего отнестись в Управу благочиния, не потому что оно имело прямое отношение к полиции, но потому, что ее распоряжения могли быть гораздо быстрее, чем в других местах; искать же удовлетворения по начальству того места, при котором нос объявил себя служащим, было бы безрассудно, потому что из собственных ответов носа уже можно было видеть, что для этого человека ничего не было священного, и он мог так же солгать и в этом случае, как солгал, уверяя, что он никогда не видался с ним.

Наконец, казалось, само небо вразумило его. Он решился отнестись прямо в газетную экспедицию и заблаговременно сделать публикацию с обстоятельным описанием всех качеств, дабы всякий, встретивший его, мог в ту же минуту его представить к нему или по крайней мере дать знать о месте пребывания. Итак он, решив на этом, велел извозчику ехать в газетную экспедицию, и во всю дорогу не переставал его тузить кулаком в спину, приговаривая: Дрожки наконец остановились, и Ковалев, запыхавшись, вбежал в небольшую приемную комнату, где седой чиновник, в старом фраке и очках, сидел за столом и, взявши в зубы перо, считал принесенные медные деньги.

Лакей с галунами и наружностию, показывавшею пребывание его в аристократическом доме, стоял возле стола с запискою в руках и почел приличным показать свою общежительность: Если сказать по приличию, то вот так, как мы теперь с вами, вкусы людей совсем не совместны: Почтенный чиновник слушал это с значительною миною, и в то же время занимался сметою: По сторонам стояло множество старух, купеческих сидельцев и дворников с записками.

В одной значилось, что отпускается в услужение кучер трезвого поведения; в другой — малоподержанная коляска, вывезенная в году из Парижа; там отпускалась дворовая девка 19 лет, упражнявшаяся в прачешном деле, годная и для других работ; прочные дрожки без одной рессоры, молодая горячая лошадь в серых яблоках, семнадцати лет от роду, новые полученные из Лондона семена репы и редиса, дача со всеми угодьями: Комната, в которой местилось всё это общество, была маленькая, и воздух в ней был чрезвычайно густ; но коллежский асессор Ковалев не мог слышать запаха, потому что закрылся платком, и потому что самый нос его находился бог знает в каких местах.

Два рубля сорок три копейки! Рубль шестьдесят четыре копейки! Я прошу только припечатать, что тот, кто ко мне этого подлеца представит, получит достаточное вознаграждение. Мне нельзя сказать ее. У меня много знакомых: Чехтарева, статская советница, Палагея Григорьевна Подточина, штаб-офицерша… Вдруг узнают, боже сохрани! Вы можете просто написать: Это бы еще не такое большое мошенничество! Нос, мой собственный нос пропал неизвестно куда. Чорт хотел подшутить надо мною!

Я что-то не могу хорошенько понять. И потому я вас прошу объявить, чтобы поймавший представил его немедленно ко мне в самом скорейшем времени. Я бываю по четвергам у статской советницы Чехтаревой; Подточина Палагея Григорьевна, штаб-офицерша, и у ней дочка очень хорошенькая, тоже очень хорошие знакомые, и вы посудите сами, как же мне теперь… Мне теперь к ним нельзя явиться. Газета может потерять репутацию.

Если всякий начнет писать, что у него сбежал нос, то… И так уже говорят, что печатается много несообразностей и ложных слухов. А вот, на прошлой неделе, такой же был случай. Пришел чиновник таким же образом, как вы теперь пришли, принес записку, денег по расчету пришлось 2 р. Говорят, что есть такие люди, которые могут приставить какой угодно нос.

Но впрочем я замечаю, что вы должны быть человек веселого нрава и любите в обществе пошутить. Да, до невероятности ровное! Вы видите сами, что нельзя не напечатать. Если уже хотите, то отдайте тому, кто имеет искусное перо, описать как редкое произведение натуры и напечатать эту статейку в "Северной Пчеле" тут он понюхал еще раз табаку для пользы юношества тут он утер нос , или так, для общего любопытства. Коллежский асессор был совершенно обезнадежен. Он опустил глаза вниз газеты, где было извещение о спектаклях; уже лицо его было готово улыбнуться, встретив имя актрисы хорошенькой собою, и рука взялась за карман: Сам чиновник, казалось, был тронут затруднительным положением Ковалева.

Желая сколько-нибудь облегчить его горесть, он почел приличным выразить участие свое в нескольких словах: Не угодно ли вам понюхать табачку? Этот неумышленный поступок вывел из терпения Ковалева. Чтоб чорт побрал ваш табак! Я теперь не могу смотреть на него, и не только на скверный ваш березинский, но хоть бы вы поднесли мне самого рапе. На дому его вся передняя, она же и столовая, была установлена сахарными головами, которые нанесли к нему из дружбы купцы. Кухарка в это время скидала с частного пристава казенные ботфорты; шпага и все военные доспехи уже мирно развесились по углам и грозную трехугольную шляпу уже затрогивал трехлетний сынок его, и он, после боевой, бранной жизни, готовился вкусить удовольствия мира.

Ковалев вошел к нему в то время, когда он потянулся, крякнул и сказал: И не знаю, хотя бы он даже принес ему в то время несколько фунтов чаю или сукна, он бы не был принят слишком радушно. Частный был большой поощритель всех искусств и мануфактурностей; но государственную ассигнацию предпочитал всему.

Частный принял довольно сухо Ковалева и сказал, что после обеда не то время, чтобы производить следствие, что сама натура назначила, чтобы, наевшись, немного отдохнуть из этого коллежский асессор мог видеть, что частному приставу были не безызвестны изречения древних мудрецов , что у порядочного человека не оторвут носа и что много есть на свете всяких маиоров, которые не имеют даже и исподнего в приличном состоянии и таскаются по всяким непристойным местам.

То есть, не в бровь, а прямо в глаз! Нужно заметить, что Ковалев был чрезвычайно обидчивый человек. Он мог простить всё, что ни говорили о нем самом, но никак не извинял, если это относилось к чину или званию. Он даже полагал, что в театральных пьесах можно пропускать всё, что относится к обер-офицерам, но на штаб-офицеров никак не должно нападать. Прием частного так его сконфузил, что он тряхнул головою и сказал с чувством достоинства, немного расставив свои руки: Он приехал домой, едва слыша под собою ноги.

Печальною или чрезвычайно гадкою показалась ему квартира после всех этих неудачных исканий. Взошедши в переднюю, увидел он на кожаном запачканном диване лакея своего Ивана, который, лежа на спине, плевал в потолок и попадал довольно удачно в одно и то же место. Такое равнодушие человека взбесило его; он ударил его шляпою по лбу, примолвив: Вошедши в свою комнату, маиор, усталый и печальный, бросился в кресла, и наконец после нескольких вздохов сказал:.

За что это такое несчастие? Будь я без руки или без ноги — всё бы это лучше; будь я без ушей — скверно, однакож всё сноснее; но без носа человек — чорт знает что: И пусть бы уже на войне отрубили или на дуэли, или я сам был причиною; но ведь пропал ни за что, ни про что, пропал даром, ни за грош!..

Это, верно, или во сне снится, или просто грезится; может быть, я как-нибудь ошибкою выпил вместо воды водку, которою вытираю после бритья себе бороду. Иван дурак не принял, и я, верно, хватил ее. Эта боль совершенно уверила его, что он действует и живет наяву. Он потихоньку приблизился к зеркалу и сначала зажмурил глаза с тою мыслию, что авось-либо нос покажется на своем месте; но в ту же минуту отскочил назад, сказавши: Это было, точно, непонятно. Если бы пропала пуговица, серебряная ложка, часы, или что-нибудь подобное; — но пропасть, и кому же пропасть?

Маиор Ковалев, сообразя все обстоятельства, предполагал едва ли не ближе всего к истине, что виною этого должен быть не кто другой, как штаб-офицерша Подточина, которая желала, чтобы он женился на ее дочери. Он и сам любил за нею приволокнуться, но избегал окончательной разделки. Когда же штаб-офицерша объявила ему напрямик, что она хочет выдать ее за него, он потихоньку отчалил с своими комплиментами, сказавши, что еще молод, что нужно ему прослужить лет пяток, чтобы уже ровно было сорок два года.

И потому штаб-офицерша, верно из мщения, решилась его испортить и наняла для этого каких-нибудь колдовок-баб, потому что никаким образом нельзя было предположить, чтобы нос был отрезан: Он строил в голове планы: Размышления его прерваны были светом, блеснувшим сквозь все скважины дверей, который дал знать, что свеча в передней уже зажжена Иваном.

Скоро показался и сам Иван, неся ее перед собою и озаряя ярко всю комнату. Первым движением Ковалева было схватить платок и закрыть то место, где вчера еще был нос, чтобы в самом деле глупый человек не зазевался, увидя у барина такую странность. Не успел Иван уйти в конуру свою, как послышался в передней незнакомый голос, произнесший: Вошел полицейский чиновник красивой наружности, с бакенбардами не слишком светлыми и не темными, с довольно полными щеками, тот самый, который в начале повести стоял в конце Исакиевского моста.

Радость отняла у него язык. Он глядел в оба на стоявшего перед ним квартального, на полных губах и щеках которого ярко мелькал трепетный свет свечи. Он уже садился в дилижанс и хотел уехать в Ригу. И пашпорт давно был написан на имя одного чиновника. И странно то, что я сам принял его сначала за господина. Но к счастию были со мной очки, и я тот же час увидел, что это был нос. Ведь я близорук, и если вы станете передо мною, то я вижу только, что у вас лицо, но ни носа, ни бороды, ничего не замечу.

Моя теща, то есть мать жены моей, тоже ничего не видит. Я, зная, что он вам нужен, принес его с собою. И странно то, что главный участник в этом деле есть мошенник цырюльник на Вознесенской улице, который сидит теперь на съезжей. Я давно подозревал его в пьянстве и воровстве, и еще третьего дня стащил он в одной лавочке бортище пуговиц. Нос ваш совершенно таков, как был. Ковалев догадался и, схватив со стола красную ассигнацию, сунул в руки надзирателю, который, расшаркавшись, вышел за дверь, и в ту же почти минуту Ковалев слышал уже голос его на улице, где он увещевал по зубам одного глупого мужика, наехавшего со своею телегою как раз на бульвар.

Коллежский асессор, по уходе квартального, несколько минут оставался в каком-то неопределенном состоянии и едва через несколько минут пришел в возможность видеть и чувствовать: Он взял бережливо найденный нос в обе руки, сложенные горстью, и еще раз рассмотрел его внимательно.

Но на свете нет ничего долговременного, а потому и радость в следующую минуту за первою уже не так жива; в третью минуту она становится еще слабее и наконец, незаметно сливается с обыкновенным положением души, как на воде круг, рожденный падением камешка, наконец сливается с гладкою поверхностью. Ковалев начал размышлять и смекнул, что дело еще не кончено: С чувством неизъяснимого страха бросился он к столу, придвинул зеркало, чтобы как-нибудь не поставить нос криво.

Осторожно и осмотрительно наложил он его на прежнее место. Он поднес его ко рту, нагрел его слегка своим дыханием и опять поднес к гладкому месту, находившемуся между двух щек; но нос никаким образом не держался.

Но нос был как деревянный и падал на стол с таким странным звуком, как будто бы пробка. Лицо маиора судорожно скривилось. Но сколько раз ни подносил он его на его же собственное место, старание было попрежнему неуспешно. Он кликнул Ивана и послал его за доктором, который занимал в том же самом доме лучшую квартиру в бельэтаже. Доктор этот был видный из себя мужчина, имел прекрасные смолистые бакенбарды, свежую, здоровую докторшу, ел поутру свежие яблоки и держал рот в необыкновенной чистоте, полоща его каждое утро почти три четверти часа и шлифуя зубы пятью разных родов щеточками.

Доктор явился в ту же минуту. Спросивши, как давно случилось несчастие, он поднял маиора Ковалева за подбородок и дал ему большим пальцем щелчка в то самое место, где прежде был нос, так что маиор должен был откинуть свою голову назад с такою силою, что ударился затылком в стену.

Медик сказал, что это ничего, и, посоветовавши отодвинуться немного от стены, велел ему перегнуть голову сначала на правую сторону и, пощупавши то место, где прежде был нос, сказал: Сделавши такую пробу, медик покачал головою и сказал: Вы уж лучше так оставайтесь, потому что можно сделать еще хуже. Оно конечно, приставить можно; я бы, пожалуй, вам сейчас приставил его; но я вас уверяю, что это для вас хуже. Это просто чорт знает что! Куда же я с этакою пасквильностию покажуся? Я имею хорошее знакомство: Я со многими знаком: Я же притом и не танцую, чтобы мог вредить каким-нибудь неосторожным движением.

Это противно моим правилам и моему искусству. Правда, я беру за визиты, но единственно с тем только, чтобы не обидеть моим отказом.

Конечно, я бы приставил ваш нос: Предоставьте лучше действию самой натуры. Мойте чаще холодною водою, и я вас уверяю, что вы, не имея носа, будете так же здоровы, как если бы имели его. Я даже сам возьму его, если вы только не подорожитесь.

По крайней мере, вы видели мое старание. Ковалев не заметил даже лица его и в глубокой бесчувственности видел только выглядывавшие из рукавов его черного фрака рукавчики белой и чистой как снег рубашки. Он решился на другой же день, прежде представления жалобы, писать к штаб-офицерше, не согласится ли она без бою возвратить ему то, что следует. Письмо было такого содержания:. Не могу понять странного со стороны вашей действия.

Будьте уверены, что, поступая таким образом, ничего вы не выиграете и ничуть не принудите меня жениться на вашей дочери. Поверьте, что история насчет моего носа мне совершенно известна, равно как то, что в этом вы есть главные участницы, а не кто другой. Внезапное его отделение с своего места, побег и маскирование, то под видом одного чиновника, то наконец в собственном виде, есть больше ничего, кроме следствие волхвований, произведенных вами или теми, которые упражняются в подобных вам благородных занятиях.

Я с своей стороны почитаю долгом вас предуведомить, если упоминаемый мною нос не будет сегодня же на своем месте, то я принужден буду прибегнуть к защите и покровительству законов. Чрезвычайно удивило меня письмо ваше. Я, признаюсь вам по откровенности, никак не ожидала, а тем более относительно несправедливых укоризн со стороны вашей. Предуведомляю вас, что я чиновника, о котором упоминаете вы, никогда не принимала у себя в доме, ни замаскированного, ни в настоящем виде.

Бывал у меня, правда, Филипп Иванович Потанчиков. И хотя он, точно, искал руки моей дочери, будучи сам хорошего, трезвого поведения и великой учености; но я никогда не подавала ему никакой надежды.

Вы упоминаете еще о носе. Если вы разумеете под сим, что будто бы я хотела оставить вас с носом, то есть дать вам формальный отказ: Письмо так написано, как не может написать человек, виноватый в преступлении. Только чорт разберет это! Между тем слухи об этом необыкновенном происшествии распространились по всей столице и, как водится, не без особенных прибавлений.

Тогда умы всех именно настроены были к чрезвычайному: Притом история о танцующих стульях в Конюшенной улице была еще свежа, и потому нечего удивляться, что скоро начали говорить, будто нос коллежского асессора Ковалева ровно в 3 часа прогуливается по Невскому проспекту. Любопытных стекалось каждый день множество. Сказал кто-то, что нос будто бы находился в магазине Юнкера: Один спекулатор почтенной наружности, с бакенбардами, продававший при входе в театр разные сухие кондитерские пирожки, нарочно поделал прекрасные деревянные, прочные скамьи, на которые приглашал любопытных становиться за 80 копеек от каждого посетителя.

Отошед, он сказал с досадою: Некоторые из студентов Хирургической академии отправились туда. Одна знатная, почтенная дама просила особенным письмом смотрителя за садом показать детям ее этот редкий феномен и, если можно, с объяснением наставительным и назидательным для юношей. Всем этим происшествиям были чрезвычайно рады все светские, необходимые посетители раутов, любившие смешить дам, у которых запас в то время совершенно истощился.

Небольшая часть почтенных и благонамеренных людей была чрезвычайно недовольна. Один господин говорил с негодованием, что он не понимает, как в нынешний просвещенный век могут распространяться нелепые выдумки, и что он удивляется, как не обратит на это внимание правительство. Господин этот, как видно, принадлежал к числу тех господ, которые желали бы впутать правительство во всё, даже в свои ежедневные ссоры с женою.

Вслед за этим… но здесь вновь всё происшествие скрывается туманом, и что было потом, решительно неизвестно. Чепуха совершенная делается на свете. Иногда вовсе нет никакого правдоподобия: Это случилось уже апреля 7 числа.

Проснувшись и нечаянно взглянув в зеркало, видит он: Он приказал тот же час дать себе умыться и, умываясь, взглянул еще раз в зеркало: Вытираясь утиральником, он опять взглянул в зеркало: В это время выглянул в дверь цырюльник Иван Яковлевич; но так боязливо, как кошка, которую только-что высекли за кражу сала.

Иван Яковлевич закрыл его салфеткою и в одно мгновенье, с помощью кисточки, превратил всю бороду его и часть щеки в крем, какой подают на купеческих именинах. Наконец, легонько, с бережливостью, какую только можно себе вообразить, он приподнял два пальца с тем, чтобы поймать его за кончик. Такова уж была система Ивана Яковлевича. Иван Яковлевич и руки опустил, оторопел и смутился, как никогда не смущался. Наконец осторожно стал он щекотать бритвой у него под бородою, и хотя ему было совсем не сподручно и трудно брить без придержки за нюхательную часть тела, однако же, кое-как упираясь своим шероховатым большим пальцем ему в щеку и в нижнюю десну, наконец одолел все препятствия и выбрил.

Когда всё было готово, Ковалев поспешил тот же час одеться, взял извозчика и поехал прямо в кондитерскую. Входя, закричал он еще издали: Он весело оборотился назад и с сатирическим видом посмотрел, несколько прищуря глаз, на двух военных, у одного из которых был нос никак не больше жилетной пуговицы.

После того отправился он в канцелярию того департамента, где хлопотал об вице-губернаторском месте, а в случае неудачи об экзекуторском. Проходя чрез приемную, он взглянул в зеркало: Потом поехал он к другому коллежскому асессору или маиору, большому насмешнику, которому он часто говорил в ответ на разные занозистые заметки: На дороге встретил он штаб-офицершу Подточину вместе с дочерью, раскланялся с ними и был встречен с радостными восклицаньями, стало быть ничего, в нем нет никакого ущерба.

Он разговаривал с ними очень долго, и нарочно вынувши табакерку, набивал пред ними весьма долго свой нос с обоих подъездов, приговаривая про себя: Так просто, par amour — изволь! И нос тоже, как ни в чем не бывало, сидел на его лице, не показывая даже вида, чтобы отлучался по сторонам. И после того маиора Ковалева видели вечно в хорошем юморе, улыбающегося, преследующего решительно всех хорошеньких дам и даже остановившегося один раз перед лавочкой в Гостином дворе и покупавшего какую-то орденскую ленточку, неизвестно для каких причин, потому что он сам не был кавалером никакого ордена.

Вот какая история случилась в северной столице нашего обширного государства! Теперь только по соображении всего видим, что в ней есть много неправдоподобного. Я здесь не в том смысле говорю, чтобы мне казалось дорого заплатить за объявление: Но неприлично, неловко, нехорошо! И опять тоже — как нос очутился в печеном хлебе, и как сам Иван Яковлевич?..

Признаюсь, это уж совсем непостижимо, это точно… нет, нет, совсем не понимаю. Во-первых, пользы отечеству решительно никакой; во-вторых… но и во-вторых тоже нет пользы. А однако же, при всем том, хотя, конечно, можно допустить и то, и другое, и третье, может даже… ну да и где ж не бывает несообразностей?

Нигде не останавливалось столько народа, как перед картинною лавочкою на Щукином дворе. Эта лавочка представляла, точно, самое разнородное собрание диковинок: Зима с белыми деревьями, совершенно красный вечер, похожий на зарево пожара, фламандский мужик с трубкою и выломанною рукою, похожий более на индейского петуха в манжетах, нежели на человека — вот их обыкновенные сюжеты.

К этому нужно присовокупить несколько гравированных изображений: Сверх того, двери такой лавочки обыкновенно бывают увешаны связками произведений, отпечатанных лубками на больших листах, которые свидетельствуют самородное дарованье русского человека. На одном была царевна Миликтриса Кирбитьевна, на другом город Иерусалим, по домам и церквам которого без церемонии прокатилась красная краска, захватившая часть земли и двух молящихся русских мужиков в рукавицах. Покупателей этих произведений обыкновенно немного, но зато зрителей-куча.

Какой-нибудь забулдыга-лакей уже, верно, зевает перед ними, держа в руке судки с обедом из трактира для своего барина, который, без сомнения, будет хлебать суп не слишком горячий.

Перед ним уже, верно, стоит в шинели солдат, этот кавалер толкучего рынка, продающий два перочинные ножика; торговка-охтенка с коробкою, наполненною башмаками. В это время невольно остановился перед лавкою проходивший мимо молодой художник Чартков. Старая шинель и нещегольское платье показывали в нем того человека, который с самоотвержением предан был своему труду и не имел времени заботиться о своем наряде, всегда имеющем таинственную привлекательность для молодости.

Он остановился перед лавкою и сперва внутренно смеялся над этими уродливыми картинами. Наконец, овладело им невольное размышление: Что русской народ заглядывается на Ерусланов Лазаревичей , на объедал и обпивал , на Фому и Ерему , это не казалось ему удивительным: Это, казалось, не были вовсе труды ребенка-самоучки.

Иначе в них бы, при всей бесчувственной карикатурности целого, вырывался острый порыв. Но здесь было видно просто тупоумие, бессильная, дряхлая бездарность, которая самоуправно стала в ряды искусств, тогда как ей место было среди низких ремесл, бездарность, которая была верна однакож своему призванию и внесла в самое искусство свое ремесло.

Те же краски, та же манера, та же набившаяся, приобыкшая рука, принадлежавшая скорее грубо сделанному автомату, нежели человеку!.. Долго стоял он пред этими грязными картинами, уже наконец не думая вовсе о них, а между тем хозяин лавки, серенький человечек, во фризовой шинели, с бородой небритой с самого воскресенья, толковал ему уже давно, торговался и условливался в цене, еще не узнав, что ему понравилось и что нужно. Это не позволило ему проявить себя в отечественном масонстве.

Павлов-Сильванский вышел из известной российской семьи. Под руководством Николая Гавриловича одна из его дочерей основала сельскую женскую народную школу. Павлова-Сильванского после окончания юридического факультета Харьковского университета был назначен прокурором Оренбургской судебной палаты. Его медицинский журнал был использован при проведении реформы судовой гигиены. Павлов-Сильванский перешел на службу в Министерство финансов, стал его представителем в Красноводске, позже чиновником особых поручений при генерал-губернаторе Западной Сибири и Туркестана, автором ряда публикаций.

Энергичной общественной активностью отличались тетки будущего историка. Николай Павлов-Сильванский учился в Омской гимназии, где считался одним из самых способных учеников. Он любил поэзию, больше всего Некрасова, которого знал почти всего наизусть, сам писал стихи. Время гимназист проводил в основном в занятиях, за чтением книг, иногда в одиночных прогулках. Между тем местная бюрократия посчитала, что деятельность гимназистов приняла политический характер, некоторые из них были арестованы.

Пришел запрос из жандармского управления и на Павлова-Сильванского. Только вмешательство родителей избавило Николая от более серьезных неприятностей.

Она предъявляла жесткие требования к своим ученикам. После провинциального Омска гимназист попал в сложное положение и остался в шестом классе на второй год. Только усиленные занятия исправили ситуацию. Николай снова стал одним из первых учеников.

Особенно выделялся он своими письменными работами, участвовал в издании рукописных журналов, помещая в них статьи и стихи. Павлов-Сильванский стал студентом историко-филологического факультета Петербургского университета.

На первых порах он вел замкнутый образ жизни, почти не общался с товарищами, отдавая все время усиленным занятиям. Лишь позже будущий историк перестал чураться обычной студенческой жизни с ее жаркими спорами и дружескими пирушками. Наряду с обучением в университете Павлов-Сильванский посещал занятия в Археологическом институте, что позволило ему основательно овладеть вспомогательными историческими дисциплинами.

Павлов-Сильванский не сдал по недоразумению магистерский экзамен. Неудача сильно подействовала на него. Экзамены он больше сдавать не стал, закрыв себе таким образом путь на университетскую кафедру. Даже позднее, будучи автором нескольких серьезных произведений, имея репутацию ученого, несмотря на доброжелательно-поощрительное отношение к нему университетских профессоров, он не смог решиться на сдачу экзаменов.

Павлова-Сильванского оказалась связанной со службой в архиве Министерства иностранных дел. Здесь он сделал достаточно успешную карьеру. По делам министерства несколько раз ездил в служебные командировки, посетил Рим, Вену, Париж, Лондон. Во время службы получал значительные денежные награды и ордена: Чиновная карьера не закрыла, а наоборот, способствовала творчеству ученого. Ранняя смерть от холеры не позволила ему проявить себя в российском масонстве.

На момент вступления в Орден он был полковником, позже стал генералом. Таганцеву Антоновский отрицал знакомство с революционерами и участие в их деятельности, но признавал факт легального знакомства с Дегаевым. Иван Николаевич Сахаров ? Сахарова, был московским присяжным поверенным. Деятельность на этом посту постоянно сопровождалась столкновениями с дворянскими консерваторами и бюрократией. Подписал Выборгское воззвание, за что отбывал трехмесячное тюремное заключение.

Был известным публицистом и историком революционного движения. Значительное количество исторических источников сохранилось о личности и деятельности известного актера А. Сумбатова-Южина и общественного деятеля С. Позже семья впала в бедность. Иван Сумбатов был человеком широкой натуры и силы воли, чуждый мечтательности, жизнь принимавший просто и любивший ее во всех проявлениях.

Его любовь к Диккенсу передалась сыну. Большое влияние на духовный мир ребенка оказала его мать, Варвара Ивановна, урожденная Недзветская, дочь польского офицера-повстанца. Мать актера была внучкой Анны Николаевны Арсеньевой родственницы бабки М.

Лермонтова, воспитавшей поэта , бывшей замужем за Кологривовым, род которого шел от Ивана Тимофеевича Пушкина, прозванного Кологривом. Тетка Варвары Ивановны Е. Она прекрасно знала языки, много писала, но не печаталась, знала теорию музыки, до конца жизни играла и сочиняла музыкальные произведения, посылая их своему старшему сыну Александру, которым очень гордилась.

Позже домашняя обстановка стала тяжелой для ребенка, прежде всего из-за нервной болезни матери. Приходилось отказываться от приглашения в дом гостей. Вслед за отцом любил Диккенса, Шекспира, Скотта, Шиллера.

Резко-отрицательные эмоции запечатлелись у Александра Сумбатова от тифлисской гимназии. Отмечал актер и то, что учиться в ней было тяжело. Об этом же свидетельствует и С. Здесь, кроме увлекавшей его теории государственного права, студента манили театральная сцена и драматургия. Занятия на последнем четвертом курсе из-за участия в ежедневных спектаклях посещались студентом из рук вон плохо.

Тем не менее Сумбатов гордился своим университетским образованием, в актерской среде это было большой редкостью. Не избежал знаменитый актер и увлечения политикой.

Князь Сергей Дмитриевич Урусов — вел свой род от одного из основателей Ногайской Орды Едигея Мангита, потомок которого в пятом колене Уруслан переселился в Россию и получил от царя Бориса во владение город Касимов. Основатель рода был убит вторым Лжедмитрием, за что тот в свою очередь погиб от руки его внука Петра Урусова.

Отец, Дмитрий Семенович, воспитывался в Первом петербургском кадетском корпусе с шестилетнего возраста. Он женился на Варваре Силовне Баташевой, вышел в отставку в чине полковника. После этого жил в имении Спасском, доставшемся ему в наследство от отца, ревностно занимался сельским хозяйством, был мировым посредником, председателем земской губернской управы. Родители жили дружно, неустанно трудились, заботились о воспитании своих детей.

Урусова, брат отца Сергей Семенович, отличался оригинальным образом мыслей, своеобразным мистицизмом, был близким другом Л. До поступления в гимназию Сергей рос и воспитывался в имении своих родителей в селе Спасском Ярославского уезда. Он рано научился читать.

Урусов хорошо говорил по-французски. Во время обучения в ярославской гимназии подолгу жил в семье декабриста Е. Жизнь в семье строилась на принципах свободы, простоты, полной религиозной терпимости.

Здесь Урусов прошел своеобразную подготовку к масонству. Для Сергея Урусова дни в ярославской гимназии проходили однообразно. По его воспоминаниям, среди учителей не было выдающихся наставников, желавших и умевших возбуждать интерес к своему предмету. Гимназист усердно занимался физкультурой. Учился Урусов легко, дома почти не занимался, заданные уроки просматривал перед началом занятий.

Враждебно относился к математическим наукам, особенно к алгебре, вызывавшей у него чувство непреодолимого отвращения. Он был участником и инициатором разнообразных детских шалостей. Как и большинство российских масонов, С. Урусов получил университетское образование. Обучение в университете не вызывало у него большого интереса и носило в достаточной мере формальный характер.

По его собственному признанию, университет большого впечатления на него не произвел. Студент изредка посещал лекции, слушал нескольких профессоров, выделяя среди них В. Ключевского, успешно сдавал экзамены, используя литографированные записи лекций. На заключительном этапе написал у Герье реферат по истории Английской революции, получил степень кандидата и на этом навсегда прекратил связь с университетом. На последнем курсе он обучал внука М.

Высшего света чурался, рано ложился спать, не кутил, вино пил редко, от случая к случаю. После окончания университета С. Урусов занимался сельскохозяйственными науками, экономикой, окончил бухгалтерские курсы. Урусов поселился в имении матери своей жены и занялся ведением хозяйства.

Параллельно занимал должность предводителя дворянства Перемышльского уезда Калужской губернии. Урусов был приглашен С. Витте на должность товарища министра внутренних дел. На этом посту занимался выработкой нового закона о местном самоуправлении. Составленный проект не получил одобрения министра П. Дурново, что заставило Урусова подать в отставку. Будучи депутатом, вступил в Партию демократических реформ М. По делу о Выборгском воззвании был осужден на трехмесячное тюремное заключение.

Истоки масонского мировоззрения С. Урусова обнаруживаются в детстве и юности. Его поведение во время инициации произвело большое впечатление на присутствующих. На мое строгое замечание, что если он явился ради любопытства или личного интереса, то должен удалиться, и на вопрос, способен ли он отрешиться от всего земного, он с полным спокойствием отвечал, и вид и голос его были удивительно искренни.

Он был незаконнорожденным сыном представителя дворянского рода Щепочкиных. Его прадед по отцовской линии был черкесского происхождения, и фамилия происходила из созвучной, переделанной на русский лад.

Помещик Петр Алексеевич Щепочкин, отец Н. Морозова, владел значительными земельными угодьями: Он окончил кадетский корпус, после года службы, двадцати лет от роду, вышел в отставку и поселился в своем ярославском имении Борок. Щепочкин был хорошо образован, выписывал столичные журналы, имел солидную библиотеку, тяготел к общественной деятельности: Щепочкин был меценатом, водил дружбу с художниками, в частности с Куинджи, глубоко переживал революционные увлечения сына, неоднократно пытался помочь ему преодолеть их.

Морозова, крепостная крестьянка, дочь сельского кузнеца Анна Васильевна Морозова была на редкость развита и начитанна. Ее отец, сельский грамотей, обучил дочь арифметике, основам географии, истории, приучил к чтению русской классики. Морозова отличалась удивительным для крепостной чувством собственного достоинства, мягкостью, приветливостью с окружающими. Сын сильно любил свою мать. Щепочкин дал ей вольную, приписал к мещанскому сословию, сделал полной хозяйкой имения, ввел в круг своих друзей.

От этого не оформленного церковью брака родилось семеро детей, двое сыновей и пятеро дочерей. Николай получил фамилию матери, а отчество по своему крестному отцу. Под руководством матери Николай Морозов выучился читать, писать, изучил правила арифметики. Потом появились бонны, гувернантка, обучавшая мальчика французскому языку, гувернеры.

Купер, развившие романтическую черту характера, произведения русских классиков, из которых особой любовью пользовался Лермонтов. При чтении Писарева и Добролюбова юноше казалось, что они выражают его собственные мысли. Особенностью домашнего обучения будущего террориста являлось его увлечение естественными науками. Библиотека отца была доступна для него, и он выбирал в ней курсы астрономии, корабельного искусства, другую естественнонаучную литературу.

Читались книги и по общественным наукам, но они казались скучными. Это направление человеческой мысли постигалось Морозовым путем самостоятельных размышлений. Домашнее образование было продолжено обучением в московской гимназии. Хорошо овладев французским и немецким языками, латынью, Морозов крайне настороженно относился к учителю Закона Божьего, проповедовавшего церковные и монархические доктрины.

Утверждения учителя, что естествознание еретично и им занимаются лишь нигилисты, не признающие ни Бога, ни царя, вызвали у гимназиста отрицательное отношение к самому предмету.

Гимназический курс Морозов не закончил вследствие увлечения революционной борьбой. Однако для него было характерным стремление к постоянному интеллектуальному самосовершенствованию. Исключительно благодаря ему он стал признанным ученым. Это могли быть статистические сборники, работы Милля, В. Во время второго заключения — Морозову в течение полугода не давали книг.

Потом стали приносить исключительно религиозную литературу. Он сразу увидел тот богатый материал, который давала церковная литература для рациональной разработки естествознания. Со временем этот труд оброс огромной критической литературой, приобрел ярых сторонников и ожесточенных противников. Не получив формально даже среднего образования, Морозов, выйдя из Шлиссельбургской крепости, преподавал химию и астрономию на высших курсах Лесгафта, в Психоневрологическом институте, опубликовал ряд трудов, внесших вклад в историю науки.

Достаточно хорошо известна общественно-политическая деятельность Н. После освобождения занимался научной и преподавательской деятельностью, был в центре культурной и общественной жизни страны, общаясь с самыми различными слоями русской интеллигенции.

Морозов проявлял большую активность, в частности в разоблачении вольными каменщиками Е. По масонским правилам, они должны были быть инсталлированы для получения официального статуса. Именно для процесса инсталляции материнский Орден затребовал списки членов лож, которые и были переправлены в Париж, а обнаружены и опубликованы Б.

Вскоре после инсталляции в ложи вступило еще несколько человек, и их список дополнительно был направлен на улицу Каде в Париж. Александр Исаевич Браудо — был выходцем из ассимилированной еврейской среды, сыном популярного врача в городе Владимире. Закончив владимирскую гимназию и историко-филологический факультет Юрьевского Дерптского университета, он работал заведующим рукописного отдела Императорской публичной библиотеки.

Родившись в еврейской семье во Владимире, не зная ни идиша, ни иврита, Браудо стал активистом еврейского национального движения, видным еврейским общественным деятелем. Возможно, на это повлиял эпизод, произошедший с ним во время обучения в Дерптском университете, когда немецкий студент нанес ему оскорбление как еврею, что повлекло за собой дуэль и серьезное ранение.

Он работал в Еврейском колонизационном обществе в Петербурге, Обществе распространения просвещения между евреями, активно участвовал в создании ссудно-сберегательных касс в черте оседлости. Выходец из литовской семьи Андрей Андреевич Булат — закончил юридический факультет Петербургского университета. Он был участником общественного и революционного движения со студенческой скамьи.

По полицейским данным, он был близок к саратовским эсерам, участвовал в сходках, был замечен в произнесении революционных речей. Леонид Иванович Лутугин — , сын хозяина петербургского ювелирного магазина.

Он был последним ребенком и общим любимцем в большой и дружной купеческой семье. Своего отца потерял в раннем детстве. Старший брат, всецело занятый делом, редко бывал дома. Мягкая по характеру мать была органически неспособна к каким-либо принудительным мерам. На протяжении всей жизни Лутугин хранил к матери доброе, нежное чувство. После смерти в кармане его пиджака нашли фотографию недавно скончавшейся матери.

Семья Лутугиных, писал его друг В. Лутугина был студент юридического факультета Петербургского университета Константин Всеволодович Островлев, который по основам своего мировоззрения был народником-семидесятником. Детальному изучению подвергся также Салтыков-Щедрин. Позже он сдал экзамены за реальное училище, был вольнослушателем естественного факультета Петербургского университета и учился в частном лицее Стокольского, где давалась основательная подготовка по естественным и физико-математическим наукам.

Высшее образование он получил в Петербургском горном институте. Лутугина постоянно подчеркивали, что в его душе жили и боролись два человека: Интересы науки и общественной жизни были ему одинаково дороги, и до конца своих дней он не мог решить, что ему дороже: За время учебы в Горном институте он принимал горячее участие во всех событиях студенческой жизни: Став профессором, Лутугин принимал участие во всех коллективных выступлениях профессуры в защиту студентов, часто во время волнений руководил их действиями.

Дверь в его квартиру всегда была открыта для публики. Среди профессорских квартир по общедоступности она составляла редкое исключение. Во время первой русской революции геолог стал организатором Академического союза, Союза инженеров и техников, при его непосредственном участии возник Союз союзов. Демьяновым по избирательной курии второго разряда Петербурга. Андрей Иванович Шингарев — , сын дворянки и липецкого мещанина, приписанного к купеческому сословию.

Его мать пробудила в сыне интерес к общественной жизни, способствовала формированию альтруистических черт характера, развитию гражданских чувств. Отец отличался трезвым сильным умом, уравновешенным характером, был непритязателен в личной жизни, глубоко ценил культуру и образование. Дети в семье Шингаревых приобрели от родителей интерес к учебе и знаниям. Андрей Шингарев в десятилетнем возрасте был отдан родителями в воронежское реальное училище, отличавшееся высоким уровнем преподавательского состава.

Здесь его прозвали за защиту слабых школьных товарищей адвокатом обиженных и угнетенных. После окончания училища он за год подготовился и сдал экзамены за гимназический курс. Он совершал ботанические экскурсии, составил богатейший гербарий. Постоянное и искреннее стремление Шингарева помочь людям в сочетании с народнической закваской привели его к идее создать в народе интеллигентский кружок-артель, членами которого могли быть и крестьяне.

По его мнению, организовать такую артель легче было бы врачу. Шингарев поступил на медицинский факультет Московского университета, говоря себе: Большое внимание уделял А. Увлеченный идеей создания ассоциаций, изучал труды западных теоретиков. Шингарев работал земским врачом, был уездным и губернским земским гласным, заведовал санитарным отделом воронежской земской управы.

Комитета по нуждам сельскохозяйственной промышленности принял участие в его деятельности. Подав проект резолюции о передаче вопроса о нуждах сельскохозяйственной промышленности и других резолюций на обсуждение всероссийских всесословных представительных учреждений, попал под подозрение властей. После захвата власти большевиками был убит революционными матросами. Неизвестными остаются личности юриста Гольма и Дмитриева.

По мнению гипотезе А. Серкова, первого звали Андрей Константинович, второй был известным аристократом Александром Ипполитовичем Дмитриевым-Мамоновым — Позже этой группы чем объясняется отсутствие его фамилии в публикации Б. Он окончил Петербургский институт путей сообщения, был профессором Томского университета. Достаточно известны вехи его общественно-политической деятельности: Окончил Омское техническое училище, затем экономический факультет Петербургского лесотехнического института.

Относил себя к западническому направлению общественного движения. Он был членом кадетской партии с момента ее основания. Вересаев литературный псевдоним Смидовича Викентий Викентьевич — был принят при активном участии С. Он происходил из семьи врача, имел два высших образования, окончил историко-филологический факультет Петербургского университета и медицинский факультет Дерптского университета Веретенников Александр Порфирьевич был чиновником Министерства иностранных дел.

Грузин Варлам Леванович Геловани —? Головин принадлежал к старшей линии этого рода. Катковцы слушали лекции на соответствующих факультетах Московского университета. На его университетский курс мог поступить каждый имевший право на обучение в университете и способный вносить чрезвычайно высокую плату за обучение.

Яков Михайлович Гордиенко был инженером путей сообщения, профессором. Упоминавшийся Бебутовым Зилов был, возможно, Петром Алексеевичем — , ученым-физиком, попечителем Киевского учебного округа. Преподавал политическую экономию в Варшавском университете, Петровской сельскохозяйственной академии в Москве, Петербургском политехникуме.

Под фамилией Кармин, возможно, числился Николай Валерьянович, товарищ обер-прокурора Сената. Владимир Дмитриевич Кузьмин-Караваев — был выходцем из дворянской семьи, сыном известного генерала, окончил Пажеский корпус, Александровскую военно-юридическую академию, стал ее профессором.

Масловский Мстиславский Сергей Дмитриевич — был полковником, затем стал писателем. Пахомов, очевидно, был товарищем прокурора судебной палаты в Киеве. Осип Яковлевич Пергамент — родился в Одессе, окончил Ришельевскую гимназию , затем физико-математический факультет Новороссийского университета Преподавал физику и математику — Николай Сергеевич Розанов ?

Служил земским и городским врачом в городе Царицыне. Георгий Николаевич Сидамон-Эристов, князь, адвокат, примыкал к народническим партиям. Симонов являлся гласным Одесской городской думы. Работал инженером на угольных копях Донбасса, железных рудниках Кривого Рога и Урала, управлял шахтами, был директором Богословского горного округа.

Был левым кадетом, членом Центрального комитета партии. Недолго работал прокурором, членом окружного суда. Активно занимался общественной деятельностью.

Был учредителем и первым председателем Владимирской общественной публичной библиотеки, одним из учредителей и первым председателем Общества вспомоществования учащим и учащимся Владимирской губернии, членом правления Общества исправительной колонии для малолетних крестьян, учредителем родительских комитетов при гимназиях, председателем родительского комитета женской гимназии, гласным пошехонского земства, гласным ярославского губернского земства.

Автор ряда брошюр для народа. Барон Федор Рудольфович Штейнгель —? При просмотре юридической периодики начала века автором обнаружено около десятка адвокатов Ратнеров. Кого из них имеет в виду Бебутов, неизвестно.

Николай Дмитриевич Авксентьев — , один из лидеров эсеров; Андреянов; Абрам Аршавский, политический ссыльный, врач; Борис Викторович Астромов —? Ждань-Пушкин, юрист; Вера Старкова, публицист; М. Однако они не принимали участия в деятельности русских масонских лож. Многие русские вольные каменщики задолго до посвящения в Орден хорошо знали друг друга по научной, преподавательской, адвокатской, общественной деятельности. Трачевский были преподавателями Русской высшей школы общественных наук в Париже.

Первый из них был дружен с Вас. Хорошо были знакомы друг с другом по работе в Петербургском университете и совместной издательской деятельности Е. Последний был личным другом Н. Баженов был членом гимназического народнического кружка, руководством в котором начал свою революционную деятельность Н. Ранее уже упоминалось о его знакомстве с В. Бебутову предложил стать вольным каменщиком Е. Здесь часто бывал и соученик Вырубова по Александровскому лицею Е. Гамбарова как своего знакомого.

Кальманович выступал на процессах совместно с В. Последний вместе с С. Да и вообще, члены корпорации присяжных поверенных хорошо знали и тесно общались друг с другом. Кузьмина-Караваева, он читал свой доклад, посвященный проекту нового городового положения. Маклаков выступал на банкете по случаю Татьяниного дня в Московском художественном кружке, председателем которого был А.

Последний находился в переписке с мачехой В. Маргулиес создавал Республиканскую и демократическую федеративную радикальную партию. Сумбатов-Южин учился в тифлисской гимназии вместе с Вл. Немирович-Данченко; очевидно, знал и его старшего брата Василия. Находился актер в переписке с О. Давним другом последнего был И. Букейханов еще до вступления в масонство был связан с А.

математика в твоих руках. 1-4 класс. начальная школа е. м. кац, а. б. калинина, а. м. тилипман. All Rights Reserved